Проекткешер
Преобразуем мир энергией и делами женщин
facebook Однокласники facebook
Присоединяйтесь к нам:

Мишпатим

Краткое содержание главы "Мишпатим"

Шмот (Исход) 21:1-24:18


После Откровения на Синае Б-г заповедует народу Израиля серию законов. Это включает в себя законы о рабе-еврее; наказания за убийство, похищение, насилие и воровство; законы гражданского права о возмещении ущербов, предоставлении займов, ответственности за вверенное имущество; правила, обеспечивающие справедливое судопроизводство.
Также упомянуты законы, остерегающие против притеснения пришельцев, законы соблюдения сезонных праздников и приношения плодов урожая в Иерусалимский Храм, запрет смешения мясного с молочным и заповедь о молитве. В общей сложности глава "Мишпатим" содержит 53 заповеди - 23 предписания и 30 запретов.
Б-г дает обещание привести народ Израиля в Святую Землю и запрещает им перенимать языческие обычаи ее нынешних обитателей.
Народ Израаиля провозглашает: "Сделаем и услышим (поймем) все, что Б-г нам заповедует". Оставив Аарона и Хура начальствовать в лагере, Моше поднимается на гору Синай чтобы получить Тору от Всевышнего и остается там сорок дней и сорок ночей.


Уроки недельной главы:

1.    Вера и понимание
2.    Закон о возвращении к Б- гу 
3.    Недельная глава Мишпатим  


1.    Вера и понимание


Из трудов Любавического Ребе; адаптировано равом Джонатаном Саксом
Эта глава начинается словами "И вот законы, которые ты разъяснишь им (буквально – "поставишь перед ними"). Конец фразы привлекал внимание многих комментаторов. Есть несколько традиционных толкований слов "разъяснишь им", и Ребе исследует их взаимосвязь. Безусловно, нуждается в разъяснении и термин "правопорядки", на иврите – мишпатим. В Торе "мишпатим" обозначает общие правила, регулирующие отношения между людьми, то есть общее, или социальное, законодательство. Не будь они даны Всевышним, такие законы могли бы быть логически выведены самим человеком благодаря здравому смыслу. Иной характер носят "свидетельства", на иврите – эйдот, такие, как законы Субботы и праздников: хотя они и доступны пониманию, но не были бы установлены человеком самостоятельно; а также quot;установления", на иврите – хуким, – заповеди, в принципе не поддающиеся рациональному объяснению. Почему же тогда только "законы" выделены из всех заповедей? Отвечая на этот вопрос, Ребе исследует сложное и зачастую неверно понимаемое соотношение между выполнением и пониманием Б-жественных заповедей.
ЧТО ЗНАЧИТ "ПЕРЕД НИМИ"
"И вот законы, которые ты разъяснишь им" (Шмот, 21:1). Мудрецы по-разному толковали слова "им" (буквально – "перед ними").
Согласно первому толкованию всякий правовой спор между евреями должен рассматриваться "перед ними", то есть перед судьями в еврейском суде, где дела разбираются в соответствии с законами Торы. Такие дела нельзя отправлять на рассмотрение к нееврейским судьям, даже если их право в данном случае соответствует закону Торы.
Второе толкование говорит о том, что обучающий Торе должен ученику "показывать лицо" заповедей (основывается на слове "лифнейэм", "перед ними", дословно "перед их лицами"), то есть обосновывать установления заповедей, чтобы ученик понимал их, а не воспринимал как догму.
Третье объяснение, данное Алтер Ребе (Тора Ор, глава "Мишпатим"), говорит о том, что "перед ними" (лифнейэм) означает "к их внутренней сути". Таким образом, стих означает, что знание Б-га должно проникать в самую глубину еврейской души. В Иерусалимском Талмуде (трактат Авода Зара, 2:7) встречается аллюзия, соотносящая фразу "Ты разъяснишь" (тасим) со словом "сокровищница" (сима). Отсюда следует, что сокровищница Торы должна пробудить сокровищницу души – ее самые сокровенные глубины (см. Зогар, часть 3, 73а; Ликутей Тора, Ваикра, 5в).
ТРИ ВИДА ЗАКОНОВ
Разные толкования одних и тех же слов в Торе внутренне взаимосвязаны. В чем же связь между этими тремя объяснениями?
Кроме того, почему слова "перед ними", как бы они не истолковывались, должны быть привязаны именно к "правопорядкам"? Тора содержит три вида заповедей: правопорядки, свидетельства и установления. Установления – заповеди, недоступные нашему пониманию, которые мы выполняем лишь потому, что они даны Всевышним. Свидетельства имеют разумное объяснение, но с точки зрения рассудка их необходимость неочевидна. Не установи их Всевышний, человек не дошел бы до их создания. Правопорядки же – это такие заповеди, к которым человека привел бы разум, даже не будь они раскрыты Б-гом. Как говорят мудрецы: "Если бы Тора не была дана, мы научились бы скромности у котов, а честности у муравьев..." (трактат Эрувин, 100б). Почему же все-таки Тора выделяет именно правопорядки, чтобы "разъяснить перед ними"?
Если взять первое толкование слов "перед ними", здесь все ясно. Только в сфере правопорядков (мишпатим) еврейское и нееврейское право могут совпадать. Отсюда необходимость настаивать – именно в случае с правопорядками, чтобы споры, относящиеся к ним, разбирались именно в еврейском суде. Что касается свидетельств и установлений, то раз они исходят только от Б-жественного откровения, подобные споры принципиально не могут рассматриваться в нееврейском суде, законы которого основываются исключительно на человеческом разуме.
Со вторым толкованием не так-то просто. Если "перед ними" означает необходимость обучения им с объяснениями, то это скорее должно относиться не к правопорядкам, а к свидетельствам и установлениям, трудным для понимания. Само собой разумеется, что правопорядки должны объясняться. Важнее было бы требовать обучения свидетельствам (поддающимся объяснению, хотя и не являющимся необходимыми) и установлениям (недоступным разуму) с помощью объяснений, насколько это возможно, все же доводя их до разума.
Та же трудность возникает и с третьим толкованием. Совсем необязательно пробуждать сокровенные глубины души, чтобы выполнять законы, приемлемые с точки зрения разума. Но необходимость соблюдать свидетельства и установления, разумом отнюдь не обусловлена. Требуется мобилизация, подъем, пробуждение внутренних сил, чтобы выполнять их с чувством причастности к происходящему, а не просто по принуждению. Так что опять-таки связь между правопорядками и словами "перед ними" кажется непонятной.
ДЕЙСТВИЕ И НАМЕРЕНИЕ
В Б-жественной заповеди "главное – это исполнение". Если, к примеру, человек сознательно подготовился к возложению тфилин, но в последний момент воздержался и не надел их, заповедь не считается выполненной. Если, даже не имея правильных намерений, он все-таки возлагает тфилин, заповедь считается выполненной, и человек должен сказать на нее благословение.
Однако верно и то, что Б-г хочет, чтоб каждая частичка тела и души человека участвовала в выполнении мицвы (заповеди): не только сила действий и мысли, но и эмоции, разум, воля, даже чувство наслаждения. Это относится не только к тем заповедям, что явно предусматривают ощущение и понимание (как, например, заповеди любить, бояться, знать Всевышнего и верить в Него), но и ко всем остальным, в том числе и к требующим конкретных действий. Самые глубинные сферы человеческого существа должны быть задействованы в выполнении заповеди, особенно чувство наслаждения, чтобы человек выполнял заповедь с удовольствием и открытым сердцем.
Верно это и для установлений, по определению находящихся за пределами понимания. Соблюдать их без правильного ощущения и понимания происходящего, словно у человека нет выбора, кроме как отдаться воле Б-жьей, недостаточно. И не достаточно говорить: "Я не понимаю их, но у Всевышнего, наверное, были причины, чтобы дать мне подобные заповеди, и мне этого вполне хватает". Ведь такое отношение отнюдь нельзя назвать безусловным повиновением. Это то же, что сказать: "буду соблюдать только то, что мне кажется резонным, но решать, что приемлемо для выполнения, а что нет, позволю высшему по сравнению с моим разуму". На самом деле настоящее принятие установлений выходит за рамки рационального сознания и не ставит никаких условий, а желание служить Всевышнему ради Него Самого настолько сильно, что даже разум с готовностью откликается на голос Того, Кто стоит выше него.
В свете сказанного становится понятным трактовка мудрецов термина "установление" (см. комментарий Раши к книге Бамидбар, 19:2): "это указ передо Мной: ты не имеешь права его обсуждать". Ведь она кажется несколько странной: раз "самое важное – это соблюдение", было бы естественнее сказать: "ты не имеешь права ослушаться его". Однако имеется в виду, что простого физического исполнения недостаточно, и необходимо согласие разума. Требуется нечто большее, чем заглушать сомнения, и большее, чем благоразумно отступить перед мудростью Б-га. Простая вера должна поглотить разум, не оставляя места сомнению.
Вот почему установления требуют, чтобы проснулось все самое сокровенное в еврейской душе. Иначе будет оставаться место для "размышлений" и сомнений, даже если внешне еврей будет продолжать соблюдать заповеди. А так его мысли и чувства подогреваются внутренним воодушевлением. Такова связь между вторым и третьим толкованиями слов "перед ними": "Внутренняя суть" ведет к "пониманию", к восприятию заповеди и разумом, и сердцем.
Но вопрос – почему вышеприведенные три разъяснения Тора относит к правопорядкам, а не к установлениям, что, кажется, было бы правильнее, – остается открытым. В понимании законов трудностей не возникает, и разум – без всяких духовных усилий – заставляет человека с готовностью им повиноваться.
ВЕРА И РАЗУМ
Ответ может быть найден в другом комментарии мудрецов к тому же стиху. Отмечая, что эта глава начинается словом "и" ("И вот законы"), они говорят: ""И вот" указывает на продолжение предыдущей темы" (Шмот Раба; Танхума и Мехилта). Другими словами, законы, о которых говорится в нашей главе, есть продолжение Десяти Заповедей, и они тоже были даны на Синае.
Десять заповедей делятся на две категории. Первые относятся к высшим принципам единства Всевышнего. А в других закреплены простые законы, например: "Не убивай", "Не кради" – заповеди, назначение которых очевидно. Соединив эти крайности – основы веры и законы рассудка, Тора учит нас, что даже такие заповеди, как "Не кради", должны выполняться не только потому, что они основаны на разумном подходе к жизни, но потому, что они – воля Того, кто сказал: "Я – Б-г, Всесильный твой".
То есть когда мудрецы сказали, что слова "И вот правопорядки..." продолжают Десять Заповедей, они имели в виду, что эти законы надо соблюдать не потому, что они разумны, а потому, что они были даны Всевышним на Синае.
Теперь становится ясным первое толкование о том, что нельзя направлять спор между евреями на рассмотрение в нееврейский суд. Даже если законы совпадают на практике, тем не менее закон, источником которого является разум, отличается от основанного на словах "Я – Бог, Всесильный твой". Решения такого суда исходят не от Торы.
Третье толкование тоже становится понятным. Даже те законы, что могли бы соблюдаться только по рациональным причинам, должны выполняться согласно внутреннему велению души. Правопорядки должны соблюдаться, как свидетельства и установления: не только по приказу разума, но по внутреннему зову души, который оживляет любую сферу человеческого существования.
Это же объясняет одновременно силу второго толкования и его тонкость: законам надо обучать так, чтобы ученик понимал их. И суть в том, чтобы, с одной стороны, он не относился к ним как к простому велению разума, а с другой – не думал о них, как о чем-то иррациональном. Их надо соблюдать с умом, но не из-за того, что они имеют разумное обоснование. Разум должен направляться тем, что лежит за его пределами.
Почему же человеческий разум не самодостаточен? Во-первых, потому что он не обладает силой абсолютной обязательности: "Сегодня злое начало говорит ему “делай это”, завтра оно велит делать то – до тех пор, пока однажды не приказывает идти и служить идолам" (трактат Шаббат, 105б). Это описание постепенного снижения духовных стандартов, интерпретируется шестым Любавическим Ребе таким образом, что дурной импульс еврея не может начинаться с соблазна сделать то, что запрещено. Он куда искуснее и приказывает ему: "делай это", "делай то" – то есть заповедь, но выполняй ее потому, что твои разум и эго не возражают. Так постепенно границы стираются, и уже не исключено совершение того, что было запрещено.
Во-вторых, потому что разум, хотя и может заставить человека соблюдать законы, но не способен привести его ближе к Б-гу. В этом и заключается разница между просто разумным действием и выполнением заповеди (мицвы). "Мицва" означает "связь": она соединяет человека с Б-гом. Говоря о Б-жественных установлениях и законах, Тора говорит еврею: "И живи ими". Если человек использует все аспекты жизни – действия, эмоции, разум и духовные силы – для соблюдения заповедей, потому что они были даны на Синае, он воссоздает Синай: встречу человека и Б-га.
(Источник: "Ликутей Сихот", т. III сс. 895-901)


2.    Закон о возвращении к Б -–гу

Из трудов Любавичского Ребе; краткое адаптированное изложение
В главе Торы "Мишпатим" написано: "При всяком ложном заявлении о пропаже быка, осла, овцы, одежды – всякой пропаже, – когда будет сказано: та вещь – вот она, – доводы обоих должны быть доведены до судей. Кого обвинит судья, тот заплатит двойную цену товарищу его". Талмуд говорит, что этот отрывок рассуждает о ситуации, когда кто-то принял на себя обязанности по охране имущества другого человека, и в результате охраняемый предмет пропал. Тогда сторож-неудачник дает клятву, что его вины в случившемся нет (например, он стал жертвой разбойного нападения). В этом случае клятва могла бы освободить его возмещения ущерба, но… в результате следствия выяснилось, что сторож – лжет. Он сам виновен в пропаже вещи, или, более того, сам украл ее. Закон в такой ситуации гласит, что виновный "заплатит двойную цену товарищу его".
Хорошо известно, что все идеи, содержащиеся в Торе, применимы для решения как материальных, так и духовных вопросов. Любопытно: какие духовные проблемы могут подразумеваться под описанной ситуацией?
Вот как разъясняет этот вопрос третий Любавичский Ребе – Цемах Цедек. В каждом еврее есть святая душа, доверенная ему Всевышним на хранение. Он обязан стеречь ее от падения на более низкий духовный уровень, от потери ее уникальной полноты и, Б-же упаси, от травмы и изъяна. Более того: "сторож" обязан поднять душу на большую высоту, нежели она занимала до спуска в материальный мир, в тело человека. Таким образом, приход души в физический мир – это "спуск ради последующего подъема".
"Охрана", которую еврей обязан гарантировать своей душе, начинается еще до его рождения, причем начинается она именно с клятвы. Как сказали наши мудрецы: "Заклинают его: "Будь праведником и не будь грешником!"
Откуда же возникает хорошо, увы, известная ситуация, когда Б-жественная душа терпит лишения, получает травмы или, того хуже, вообще пропадает?
Это происходит потому, что у каждого еврея есть еще и вторая – животная душа. На это и намекают упоминаемые в Торе "бык, осел, овца или одежда". Это различные типы животных душ, с которыми нам приходится бороться всю жизнь. Вот что сказано об их свойствах в Талмуде:
БЫК – невероятно силен, но сила его порой неподконтрольна. Вы пробовали договориться с бодливым быком? И не стоит – встреча с ним весьма опасна!
ОСЕЛ – капризное и очень осторожное животное. Он вовсе не обязательно упрямый, просто любит во всем как следует разобраться, а затем уже действовать… Поэтому часто останавливается на середине пути и поворачивает вспять.
ОДЕЖДА – изменяется сама и меняет человека, надевшего ее. Сегодня она одна, а завтра совершенно другая – вылиняла на солнце, села после стирки или просто стала мала. Одежда как средство маскировки помогает лжецу обмануть, а предателю – предать.
ОВЦА – постоянно теряет ориентиры, отбивается от стада и, не обладая собственной силой, норовит прибиться к чужим стадам.
Хотя внутри каждого из нас присутствуют все четыре типа животных душ, и всех их следует остерегаться, поскольку каждый из них способен привести к утрате Б-жественной души, не дай Б-г, при всем при этом у каждого поколения есть своя особая "клипа" (сущность, препятствующая раскрытию святости), и против каждой из них нужно бороться специфическим образом. К нашему поколению в большей степени относится работа с "заблудшей овцой", ведь именно в наши дни, к сожалению, существуют миллионы (!) евреев, совершенно не знакомых даже с азами еврейства.
Именно поэтому, когда потерявшаяся овца будет найдена, и ее хозяин – Всевышний – признает ее: "Когда будет сказано: та вещь – вот она, – доводы обоих (в нашем контексте: Б-га и согрешившего еврея) должны быть доведены до судей". Под судьями подразумеваются: а) первый судья еврейского народа – Моше; б) глава поколения на текущий момент. То есть те, кто на любом отрезке истории дают еврею силы на раскаяние и возвращение к традиционному еврейству. И именно в связи с раскаянием сказано: "Заплатит двойную цену товарищу его". Но о какой оплате (тем более двойной) идет речь?
В третьей части книги Тания объясняется, что связь еврея со Всевышним подобна канату, сплетенному из 613-ти волокон, каждое из которых – заповедь Торы. Когда нарушается одна из заповедей – рвется одно из волокон каната. В таком случае раскаяние должно быть похоже на связывание двух концов разорванной нити. Как известно, при связывании нитей получается узелок, который, как минимум, в два раза толще, чем целая нить. Точно так же и в жизни: человек, однажды нарушивший какую-либо заповедь, а затем раскаявшийся в своем грехе, впредь должен остерегаться нарушения в два раза строже, чем прежде.
И в награду за это теперь его бывший противник – животная душа – станет ему союзником:
Сила "быка", запряженного в плуг, принесет хороший урожай. "Осел" станет символом служения Всевышнему с выносливостью и смирением. "Одежда" из обманчивых покровов превратится в священные облачения.
"Овца", отбившаяся от стада, и рада бы вернуться, да не знает, куда и к кому. Нет у нашего поколения, разбросанного среди других народов, твердости и силы "быка", но зато есть у нас непорочность, чистота и наивность, пусть даже иногда граничащая с глупостью. И именно о нашем поколении можно с уверенностью сказать: "Не от злого умысла мы иногда грешим!"
Об этой самой "овечке" сказано в Святом Писании: "Блуждал я как пропавшая овца - и просил раб Твой…" "Веди меня за собой!" – именно в наши дни стало столь ощутимым желание еврейского народа идти за Всевышним по Его путям. Исполнять заповеди Торы, полностью доверившись Его святому пастуху.
По материалам беседы, опубликованной в "Ликутей Сихот", т. 1.
Обработка и перевод Д. Б. Байтмана


3.    Недельная глава Мишпатим

Рав Ицхак Зильбер о недельной главе Мишпатим
Недельная глава «Мишпатим» («Законы») продолжает изложение заповедей, которые Всевышний дал Моше с тем, чтобы Моше объяснил их народу. Глава содержит 53 заповеди из 613. Большинство из них касается взаимоотношений между людьми.
Тора придает огромное значение отношению к людям. Выше мы уже разбирали эпизод с филистимским царем Авимелехом, забравшим у Авраhама его жену Сару (глава «Ваера» книги «Брешит»). Поговорим о нем еще раз.
Авимелех должен был не только вернуть Авраhаму жену, но и добиться, чтобы Авраhам за него помолился. Зачем?
Если человек согрешил перед Б-гом и раскаялся, сожалеет о прошлом и не повторяет дурного поступка — Б-г прощает ему вину. Но если человек обидел человека или не вернул ему долг, Б-г не простит, пока виноватый не извинится и не добьется прощения у того, кого обидел. Можно без конца поститься, жертвовать миллионы на благотворительные цели, помочь сотням людей, но пока вы не отдали конкретного долга тому, кому должны, или его наследникам, и не добились по-хорошему прощения, Б-г не прощает. Тут не помогут ни пост в Йом-Кипур, ни покаяние.
Обидев человека словом или делом, мы согрешили и перед Б-гом, и перед человеком. Авраhам должен помолиться за Авимелеха. Кому будет молиться Авраhам? Одному только Б-гу! Но Б-г заступается за обиженных. И пока обиженный Авраhам не попросит за Авимелеха, ничто тому не поможет. Б-г простит только после того, как простит человек.
А если обиженный умер? Когда дело касается денег, то надо вернуть долг наследникам (наследникам по закону Торы, а не по обычаю страны). Если покойному была нанесена душевная обида, надо пойти на его могилу, снять обувь и в присутствии миньяна (десяти мужчин-евреев) сказать: «Я согрешил перед Б-гом и перед этим человеком». А присутствующие скажут: «Прощено тебе» («Махул леха»). Случается, что обидчик не может сам пойти на кладбище. Тогда следует послать вместо себя кого-то другого. Я сам два раза был таким посланцем.
В главе много говорится об ответственности человека за причиненный другому физический или имущественный ущерб.
Допустим, один человек нанес другому телесное повреждение. Он обязан уплатить пострадавшему крупную компенсацию, рассчитываемую по пяти статьям: за инвалидность (если потерпевший лишился глаза, пальца и т.п.); за перенесенную боль; за расходы на лечение; за потерю рабочего времени и связанный с этим убыток; за пережитый позор.
Даже за пощечину (ущерб лишь в двух аспектах — унижение и боль) взыскивали, например, двести зуз, очень значительную по тем временам сумму.
Представим себе, что человек вырыл яму в общественном месте и не прикрыл ее как следует. В яму упало животное и погибло. Вырывший яму обязан уплатить компенсацию хозяину животного.
Человек выкинул на улицу осколки стекла, обломки металла и т.п. Кто-то споткнулся о них и получил травму. Выкинувший мусор обязан уплатить пострадавшему.
Если кто-то разжигал огонь, ставший причиной пожара, он обязан оплатить ущерб от пожара. Мы ответственны за последствия наших поступков.
В Талмуде (Бава кама) рассказывается интересный случай. Человек убирал камни со своего поля и выкидывал их на дорогу. Проходивший мимо мудрец заметил ему: «Зачем кидаешь из чужого в собственное?» Тот посмеялся над прохожим, сочтя его чудаком.
Прошло какое-то время. Человек продал поле. Как-то ночью, идя по дороге (улицы тогда не освещались), он упал и сильно расшибся о камни. От всей души проклиная негодяя, набросавшего камни там, где ходят люди, он едва добрался до ночлега. На следующий день, проходя там же, он, к стыду своему, увидел, что сам на себя навлек беду. Тут и вспомнились ему слова мудреца. Талмуд заключает: стремящийся к благочестию (хасид) пусть остерегается, чтобы беда не пришла к другому через него, т.е. чтобы не причинить кому-либо ущерба даже опосредованно, даже косвенно.
На человека возлагается также ответственность за ущерб, нанесенный принадлежащим ему животным — собакой, козой, быком и т.п. Если, скажем, ваша коза забралась в чужой огород и потоптала или поела там зелень, вы обязаны возместить ущерб хозяину огорода.
Раби Исроэл Салантер (день его смерти — 25 швата — приходится на неделю, когда читают главу «Мишпатим») очень внимательно изучал вопросы морали и законы взаимоотношений между людьми. Он говорил: не случайно у евреев принято начинать обучение детей Талмуду именно с тех трактатов, где говорится о возмещении ущерба. Это делается для того, чтобы они научились с молодых лет отвечать за свои действия и за все, что находится в их ведении.
Раби Салантер говорит: нельзя выполнять одни законы Торы, попирая другие. И приводит поучительный пример. Набожный еврей ранним утром, еще до рассвета, спешит в синагогу, чтобы прочесть перед Новым годом слихот — молитвы об отпущении грехов. Он так поглощен мыслями об этом, что уходит из дому, сильно хлопнув дверью (а время — около пяти утра). Соседка, у которой несколько месяцев тому назад умер муж, проснулась: что за стук? И сообразила, что это сосед пошел читать слихот. Ей вспомнилось, как в такие же ночи уходил молиться ее муж, и она заплакала. Так этот человек совершил сразу два греха: украл у другого сон, нанес душевную травму вдове. Он продолжает спешить и, не заметив, толкает кого-то. Подойдя к синагоге, он видит, что она закрыта. Синагогальный служка — шамес — еще не пришел. Все ждут его на улице. И вот прибежал шамес, он стыдится, что пришел позже других, в растерянности бросается к дверям, но, как назло, то ли не тот ключ взял, то ли замок заело. Наш еврей не выдержал и крикнул: «Ну, давай быстрее! Мы теряем время!» Шамес побледнел. Снова совершено два греха: пристыжен человек и поставлено под угрозу его пропитание — из-за замечания, сделанного при всех, он может потерять работу.
Однажды перед Песах р. Салантер со своими учениками пек мацу. Ученики спросили его: на что особенно надо обращать внимание? И раби ответил: надо, чтобы маца была кашерной не только относительно пасхальных правил. Надо следить, чтобы не обидеть резким словом женщин, которые месят и раскатывают тесто, потому что обычно это вдовы или бедные сироты.
В годовщину смерти его матери р. Салантер, как это принято, хотел прочесть в миньяне «Кадиш» (поминальную молитву) по матери. В синагоге он узнал, что другой человек тоже хочет прочесть «Кадиш» хазаном в миньяне — этот день был годовщиной смерти его дочери. Несмотря на то, что поминающий покойную мать имеет преимущество перед поминающим дочь, р. Салантер подошел к нему и предложил ему читать. Заметив общее удивление, р. Салантер объяснил: «Моя мама заслужила, чтобы я сделал в такой день приятное этому человеку». Раби Салантер считал, что доброе дело — дело не менее Б-гоугодное, чем чтение «Кадиш».
Однажды в гостях р. Салантер спросил, кто приносит в дом воду. Ему показали — какая-то служанка. И он постарался совершить омовение рук очень скупо. «Если бы я сам носил воду, — сказал раби, — я бы лил пощедрее. Но выполнять заповедь с особой строгостью (у евреев есть такое понятие — устрожение закона) за счет труда другого человека не стоит». Благословенна память праведника.


  

  
   
            
 
Все фотографии и тексты на сайте являются собственностью Проекта Кешер.